Билет был совершенно безнадежный. Хотелось получить свою зачетную четверку, только чтобы больше не возвращаться.



От меня требовалось рассказать, что я думаю об антиутопии в современной белорусской прозе. И сделать это на примере романов величайшего, но совершенно неизвестного мне писателя Гиевича. Сразу подумалось: «А в белорусской литературе есть антиутопия? И кто этот дяденька?»

Несколько минут думала, как лучше выкрутиться. Выхода было два. Можно было «перепутать» его с не менее великим, но по крайней мере известным мне поэтом Гилевичем. Благо билет был написан от руки корявым почерком. Можно было быстро рассказать предложения три, чтобы дама успела понять, что хоть что-то из ее предмета я знаю. Но поэзия этого господина, как назло не имела ничего общего с антиутопией. Он все больше про родную деревню и ромашки.

Поэтому я остановилось на прочитанном на две трети романе господина Казько. Сюжет его состоял в том, что председатель так хотел не дать осушить родное и любимое с детства болото и так рвался воспрепятствовать губительной цивилизации, что предпочел в этом самом болоте утопиться. Назло врагу. Можно было изобразить из себя большого ученого с устоявшимся взглядом на литературу и какое-то время этот взгляд отстаивать. Авось, на четверку хватит.



читать дальше